Историк Лев Лурье предложил депутатам ЗакСа от "Яблока" Александру Кобринскому и Борису Вишневскому***** устроить акт самосожжения. Так публицист отреагировал на пост Александра Кобринского в социальной сети «Фэйсбук», в котором депутат сообщил, что подписал обращение ПЕН-клуба в защиту Надежды Савченко. В комментариях к посту развернулась острая дискуссия. «Я тоже подписал, конечно»– написал депутат Борис Вишневский*****. «Борис, мы моем руки перед едой, подписываем очевидные вещи и вообще за все хорошее. Зачем сообщать об этом миру и городу?» – недоумевал Лев Лурье. «Лев Лурье, не для всех очевидна необходимость освобождения Савченко. И многое другое, к чему я призываю - тоже. Это не про Вас :)» –ответил Вишневский*****. «Это - про всех. Все читатели "Новой газеты" и слушатели "Эха Москвы" понимают: приговор несправедлив. Сообщать это с гордостью - просто глупо. Самосжечься, выйти на одиночный пикет к Смольному - другое дело»,– предложил историк. «Лев Лурье, у Вас круг общения - читатели Новой газеты. А у меня - избиратели всего Санкт-Петербурга. У меня только в ФБ тысячи читателей, - сообщил Борис Вишневский*****. - И, уж простите, но я буду всегда писать о каждом своем политическом шаге, чтобы никто потом не спросил меня, почему я молчал в этой ситуации». «Ну, сознайтесь - Вы же первый потом будете писать: "Яблока" не видно, о "Яблоке" никто ничего не знает, где они были, когда убивали Савченко?»– присоединился к спору автор поста Александр Кобринский. С обсуждения допустимости пиара на подписывании письма в защиту Савченко спор перешёл в плоскость градозащиты. «Что касается Вас лично - я буду спрашивать, почему Мафистофель не на месте. У нас тут, знаете, местная повестка», – сменил тему Лев Лурье. «Лев, ну, строго говоря, такое право у Вас появится только после того, как Вы приложите максимум усилий, чтобы у "Яблока" было большинство в ЗакСе. Потому что сначала нужно давать людям полномочия, а затем уже и спрашивать у них за то, как они эти полномочия используют. Например, наш кандидат в депутаты в 40 округе (где и находится Лахтинская улица) не смог стать депутатом ЗакСа, проиграл. А может, если бы Вы публично выступили в его поддержку, - то и стал бы. Вы же все-таки инженер душ, а не я. В рамках же моих полномочий могу сообщить, что в настоящее время идет работа по получению организацией технического задания на изготовление горельефа в КГИОП. Это весьма бюрократическая и муторная процедура. Я постоянно ее отслеживаю», – парировал Кобринский. «Если бы боролись как Вишневский***** с Конюшенным кварталом, Шишкина с парком в Лахте, а Ковалев - с домом Рогова - не было бы базара. А письма за Савченко подписывать нетрудно». – ответил Лурье. «Лев Лурье, ну, простите, а Лопухинский сад и дача Громова - это ничего не значит? А десятки выигранных процессов градозащитников - Фонтанка 40, сквера на Ивана Фомина и др. - это еще до того, как я стал депутатом? Вообще - замечательно: напишешь о себе - претензии, зачем написал. Не пишешь - претензии, мол, ничего не делаешь. Я кстати не только письма подписывал. Не пробовали встать на Невском проспекте в 2014 году с плакатом против войны на Украине? Попробуйте. Я на Вас посмотрю», – не сдавался Александр Кобринский. «Лопухинский сад (и дача Громова) - заслуга Татьяны Лихановой и не Ваш округ», – не согласился с депутатом Лев Лурье. Последующие заверения Александра Кобринского, в том что именно его депутатские запросы способствовали сохранению Лопухинского сада и дачи Громова историка не переубедили. 9 марта в своём «Фэйсбуке» Лев Лурье подвёл итоги спора. «Дорогой Александр Кобринский, депутатские обращения первые были от Ковалева, потом подключилась Оксана Дмитриева. По ее инициативе Татьяна Лиханова выступала с докладом на комиссии в ЗакСе – рассказывая о всем букете нарушений, связанных с проталкиванием проекта застройки Лопухинского сада. Чтобы отменить решение КГИОП, нужно было «политическое генерал Макаров ходил с докладом к Полтавченко, тот «дал добро». Экспертиза была выполнена по заказу СПб ВООПИиК Михаилом Мильчиком. В общем, это была долгая и упорная работа, борьба длинною в 8 лет. Не надо ее приписывать себе», – написал историк. Причины:
Возможно у Льва Лурье, который прекрасно осведомлён о положении дел в градозащитной среде Санкт-Петербурга, накопились претензии к некоторым депутатам ЗакСа от «Яблока», которые также активны на ниве градозащиты и даже сделали себе политическое имя на отстаивании памятников истории и архитектуры. Не исключено, что историка возмутило то, что политики присваивают себе успехи по сохранению исторического наследия, хотя на самом деле успехи обусловлены групповыми действиями множества градозащитников.
Последствия:
Конфликт с известным историком невыгоден партии «Яблоко», которая и так в преддверии выборов подвергается критике со стороны несистемных оппозиционных партий за недоговороспособность.
***** Минюст внес Бориса Вишневского в реестр иноагентов.